Партнерский материал

Bar Walking: Большая Дмитровка

Всепьянейший собор, пивная Яма, Люсьен Оливье и возлияния Есенина
Начало Дмитровской дороги, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Начало Дмитровской дороги  

Алексей Дедушкин
Алексей Дедушкин
краевед, экскурсовод

Большая Дмитровка проходит по бывшим буеракам западного берега Неглинки: изрезанный оврагами, он был освоен городом довольно поздно. С боярских времен на дмитровском неудобье располагалась слобода, где проживали скоморохи. Случайно или нет, но здесь же находилось монастырское кладбище, где царь Петр похоронил Федора Ромодановского — князя-кесаря Всешутейшего и Всепьянейшего собора. Одни полагают, что при помощи этой забавы царь боролся со старорусскими предрассудками и развязывал языки придворным, другие считают «проявлением своеобразного царского юмора».

В те времена Дмитровская дорога шла от Охотного ряда к Петровским воротам, а начиналась примерно там же, где и Большая Дмитровка. Став пешеходной зоной, она превратилась в одну из главных барных улиц Москвы: здесь можно гулять от заведения к заведению, а заодно смотреть по сторонам и вспоминать питейную историю столицы.


1

Большая Дмитровка, 2

Бар-бургерная Ketch Up, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Бар-бургерная Ketch Up  

Чтобы настроиться на бар-волкинг, давайте заглянем в Ketch Up. Вообще-то это бургерная, но питерская, а значит, здесь знают толк в напитках. Днем это место обедов, на удивление демократичное для задворок Большого театра. Но самое интересное в бургерной по вечерам — когда она превращается в модный бар с диджеями и авторскими коктейлями. За миксологию отвечает Александр Тойкин, известный по барам Kamchatka и Rolling Stone. Коктейльное меню постоянно обновляется, сейчас в меню интересные миксы на основе виски. Например, микс Johnnie Fizz с цитрусовыми нотками — на удивление легкий и ароматный напиток.


2

Кузнецкий мост 6/3

Палаты Троекурова, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Палаты Троекурова  

В Георгиевском переулке за Малым Манежем теперь офисные здания и задворки Госдумы. Но в лучшие времена отсюда открывался вид на роскошные дворцы XVII века: с одной стороны стояли палаты Троекурова, напротив — палаты Голицына. Василий Васильевич Голицын, фаворит царевны Софьи Алексеевны, закатывал в своем доме богатые пиры, как подобает блистательному князю. До нас дошла опись его погребов и комнат, с перечислением ассортимента фряжских вин и кызылбашских заедков. Палаты Голицына давно снесены, а барочный дворец Троекурова затянут фальш-фасадом и спрятан на закрытой территории Госдумы: тем интереснее представлять себе роскошные виды на Кремль, открывавшиеся с этого холма 300 лет назад.


3

Георгиевский пер., 4-6, стр. 2

Гостиница Шевалье, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Гостиница Шевалье  

В начале Камергерского переулка, напротив Московского художественного театра, стоит неприметное здание, где в середине XIX века была гостиница купца Шевалье. Лев Толстой несколько раз останавливался здесь и считал гостиницу лучшей в городе, о чем писал в романе «Декабристы». Но чаще он приходил ради ресторана и позже даже поселился рядом: у Шевалье Толстой пировал с Фетом, Островским и Чичериным. Сам Толстой был известный трезвенник, а прочие гости веселились а шампанским и цыганами до самого утра. Постоянным гостем был и Чаадаев. А в прошлом веке в этом здании был книжный магазин имажинистов «Лавка поэтов», где часто бывали Есенин с Мариенгофом.

В последнее время здание пустовало и разрушалось, но теперь тут снова можно отужинать и выпить: на первом этаже открылся ресторан-бар. Старинная садовая терраса ресторана «Шевалье» на заднем дворе гостиницы до сих пор сохранилась — правда, ее используют как подсобное помещение кухни.


4

Камергерский пер., 4

«Молоко» и особняк Стрешневых, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

«Молоко» и особняк Стрешневых  

Молоко здесь начали продавать еще при царе, и магазин долгое время казался вечным. Открыл молочную лавку купец Чичкин, гарантией качества служили кассовые аппараты и вечерний ритуал: в конце дня продавцы выливали остатки на улицу у всех на виду, ведь утром молоко должно быть свежим. Теперь на месте старейшей молочной лавки в Москве модный ресторан «Молоко», где молоко снова в почете: фермерское молоко добавляют в кофе (есть отдельное молочно-кофейное меню), а можно просто заказать стакан.

Нырнув перед баром во двор, упираешься в большой желтый особняк Стрешневых — в его бельэтаже Толстой писал «Войну и мир» и принимал в гостях Тютчева. Дом теряется среди высоких доходок, но оттого не менее интересен: асимметричный, с двумя парадными входами и настоящей деревянной терраской.


5

Большая Дмитровка, 7/5, стр. 5

Пивбар «Яма», Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Пивбар «Яма»  

Дом на углу Большой Дмитровки и Столешникова — важное место на карте мужчин 60-х: в подвале был культовый советский пивбар «Ладья», в народе известный как «Яма». Это здесь начинался Великий пивной путь, пролегавший со многими остановками до самой Самотеки: ага, бар-хоппинг придумали уже тогда. В «Яме» стояли знаменитые пивные автоматы, которые вечно не доливали даже до половины кружки, но завсегдатаи умели налить полную.

Сам дом 13, в котором Чехов когда-то заказывал свои пенсне, чуть не рухнул в 1998-м вместе с домом напротив — в один из плохо закопанных оврагов, которыми было изрезано побережье Неглинки. Соседний дом 18 (сейчас тут Louis Vuitton) провалился и выстроен заново, а дом 13 треснул, но устоял: его спасли мощные своды подвала — той самой «Ямы». Архивные исследования показали, что до XVIII века на месте будущего пивняка была каменная церковь Воскресения в Скоморошках — возможно, фундамент несохранившегося храма спас дом от обрушения.

От старого дома остался только подвал — на месте «Ямы» теперь новый бар. В последние годы на этом участке Дмитровки утрачено несколько исторических памятников: дом, где провел детство Ходасевич, дом, где жила настоящая львица Кинули — герой советских детских книжек. В советское время тут было много кафе и столовых — такой оазис народного чревоугодия. На смену им пришли другие: пересечение Дмитровки и Столешникова по-прежнему изобилует заведениями самого разного жанра, от Симачева до Nobu. А все потому, что здесь — Скоморошки.


6

Большая Дмитровка, 13

Квартира Есенина, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Квартира Есенина  

Проходим Столешников и Глинищевский переулки, огибаем дом 28 (усадьба князей Шаховских — теперь отдел МВД, дом славится мифическими подземными ходами, которых никто не видел) и сворачиваем в Петровский переулок. Здесь, в доме 5, несколько лет выпивал Есенин. Мемориальная доска тактично информирует, что он тут жил и работал, но мы-то знаем, как было на самом деле, — благодаря Мариенгофу, в квартире которого он жил. Есенин доверял другу самые низменные стороны своей творческой натуры, а тот, как последний Мариенгоф, взял и описал все в романе «Без вранья». Сам Есенин как раз в эти годы написал «Черного человека».

А вообще, Петровский переулок — одна из самых приятных улиц старой Москвы. Он плавно стекает к бывшей Неглинке, открывая взору вид на Высокопетровский монастырь. Раньше все переулки к Неглинке имели замечательные зрительные перспективы, Петровский сохраняет очарование по сию пору.


7

Петровский пер., 5, стр. 9

Заповедник искусств, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Заповедник искусств  

Крапивенский переулок выводит нас к Петровскому бульвару. В XIX веке все дома отсюда до Трубной площади принадлежали Люсьену Оливье — свой салат он придумал в ресторане «Эрмитаж», на месте которого теперь театр «Школа современной пьесы». У ресторана было имение Люсьена, подальше к Петровке — общежития прислуги.

В 90-е половину этой территории занял сквот художника Александра Петлюры — Свободная академия художеств. На протяжении пяти лет в арт-коммуне жило полсотни человек, проводились перфомансы, выставки, акции, возник театр «Декультура», звездой которого была бездомная пани Броня. Из этого Заповедника искусств на Петровском бульваре вышли многие художники с именем.


8

Петровский бульвар, 12, стр. 4

Трубная площадь, Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Трубная площадь  

Перекресток четырех бульваров над речкой Неглинкой всегда был местом веселым. При Гиляровском тут было московское дно — в прямом и переносном смысле: в низине шумел Птичий рынок, окруженный трактирами и кварталом красных фонарей. На углу Петровского и Неглинного стоял «Афонькин кабак», а рядом торговые бани. Для привлечения публики мужики свистели в свисточки: хорошо было после баньки охладиться под соловьиные трели, выпить полпива да выкурить папиросу.

Впрочем, табак тогда в основном не курили, а нюхали. Неподалеку от кабака стояла полицейская будка — у местного будочника был лучший нюхательный табак в Москве. У него-то и встретились два больших любителя табака — известный кулинар Люсьен Оливье и богатый купец Яков Пегов. Раз встретились, другой… А у людей с общим увлечением всегда найдутся общие темы. Они решили объединить таланты и открыли трактир на французский манер — «Эрмитаж Оливье».

Заведение полюбилось московской интеллигенции. Здесь проходили знаменитые «профессорские» обеды, а в 1879 году провожали Тургенева из Москвы. И свадьба Чайковского состоялась тоже в «Эрмитаже». Именно здесь Люсьен Оливье придумал свой легендарный салат. А началось с майонеза из дичи — с рябчиками и раковыми шейками. Люсьен заметил, что гости перемешивают майонез с салатом, и стал делать так же.

Раз в год ресторан отдавали студентам: в Татьянин день после литургии они в университетском храме они шумной гурьбой отправлялись сюда, выпивали с профессорами и на всю площадь орали: «Долой самодержавие!».


9

Рождественский бульвар, 7, корп. 1

Бар Haggis , Bar Walking: Большая Дмитровка, Москва

Бар Haggis   

Прогулку по бывшему побережью Неглинки, где веками выпивали все — от скоморохов до звезд советского андеграунда, стоит закончить в гастропабе, который отлично представляет нынешнюю барную культуру. В Haggis одинаково интересно и поужинать, и выпить. Шотландские пироги и яйца, фиш-энд-чипс и нагетсы из головы теленка в исполнении Дмитрия Зотова отлично сочетаются с элями и лагерами, а интересные коктейли от Сергея Крылова — с английскими пудингами и абрикосовым пирогом. Коктейльная карта — тоже с британским акцентом: например, цитрусовый физз здесь делают на основе шотландского виски.


10

Петровка, 15, корп. 1

Скопируйте эту ссылку
Другие подборки в городе Москва
Беременные кариатиды, брутализм и Гонконг, Павлик Морозов и романтический лунатизм
Архитектурная нарния, внутренняя интеллигентность и фуршетный бес
Ром-баба в летающей тарелке, неслучайные книги без глянца, хамон и дедушкин чердак
Традиционный джаз и рок-импровизации, джем-сейшны и вид со сцены
Тиканье ходиков, письма Чаадаева, тайные концерты и люди, меняющие мир
Ракурсные снимки, вишневый сад, фазаны и питерское залипание
Жилые ячейки, институт проблем, полет Маргариты и ресторан, где подают время
Буржуазные пари, тренажеры МВД, индустриальный упадок и сенсорная депривация
Фалафель в бомбоубежище, бургеры в тапочках, битье тарелок и венецианское стекло
Лепка в камере хранения, прогулки в темноте и 50 оттенков фиолетового
Город профессий, ресторан ужасов, аквариум с аквалангистами и аэротруба
«Павлинье око», живописные изгибы и тихонько выпивать
Пролетарские дома для элиты, памятник Шуховской башне и пафос гигиены
Квартиры без номеров, реактор в усадьбе, любовницы Берии и присутствие лошади
Пустырь, который фонит, дореволюционное дно и косыгинский разлом в лопухах
Космическая пицца, панк-сервис и одни друзья кругом
Собор от автора мавзолея, Лизин пруд и кладбище московского дворянства
Сады и огороды для пикников и прогулок, с пинг-понгом, йогой, катками и фудкортами
Мультипликационный храм искусств, несостоявшийся дизайн-завод и книги с пирогами
Электронные унитазы, добрые пьяные вьетнамцы и новости с границы с Пакистаном
Спортивный урбанизм, тайное братство, травяные настои и никаких маньяков
Bar Walking: Большая Дмитровка
Всепьянейший собор, пивная Яма, Люсьен Оливье и возлияния Есенина
Фавориты-соседи и виски с чаем, прогрессивная интеллигенция и лестница со стихами