Религия и храмы

Собор от автора мавзолея, Лизин пруд и кладбище московского дворянства
Марфо-Мариинская обитель, Религия и храмы, Москва

Марфо-Мариинская обитель  

Костя Бударин
Костя Бударин
аналитик КБ «Стрелка»

Марфо-Мариинская обитель фигурирует в учебниках по истории отечественной архитектуры благодаря Покровскому собору, построенному по проекту Алексея Щусева. В рассказах о соборе обычно отмечают, что это пример взаимодействия церкви с передовым искусством своего времени — модерном, один из вариантов того, чем могло обернуться православное зодчество в XX веке. Пикантно, что по сути последнее архитектурное произведение многовековой традиции принадлежит будущему автору мавзолея. Собор замечателен не только архитектурой Щусева, но и живописью Михаила Нестерова. Нестеров — модный художник эпохи модерна — придумал перевести религиозную живопись на язык родных осин. На фреске в соборе Христос буквально выходит к страждущим из чащи русского леса. Со своей архитектурой и живописью публичная, открытая часть монастыря больше похожа на филиал Третьяковской галереи, чем на современный русский женский монастырь. Тут как-то даже по-светски нейтрально и нет ощущения, что ты нарушаешь чей-то суетливый устав.


1

ул. Большая Ордынка, 34, Москва

Симонов монастырь, Религия и храмы, Москва

Симонов монастырь  

Илья Венявкин
Илья Венявкин
историк советской литературы и культуры

Если бы путеводитель «Афиши» существовал 200 лет назад, он бы обязательно написал про Симонов монастырь — культовое место для прогрессивных горожан того времени. Огромный монастырь-крепость, основанный на берегу Москвы-реки в конце XIV века учеником Сергия Радонежского, поразил воображение москвичей не военными подвигами или деяниями святых отцов, а вполне светской историей. Здесь происходило действие бестселлера того времени — повести Николая Карамзина «Бедная Лиза». Соблазненная дворянином Эрастом, Лиза утопилась в пруду у монастырских стен. На протяжении следующих десятилетий чувствительные читатели приезжали на пруд и вырезали на деревьях надписи примерно такого содержания: «Утопла Лиза здесь, Эрастова невеста. / Топитесь, девушки, для всех вас будет место». В середине 1930-х годов пруд засыпали и построили на его месте административный корпус завода «Динамо».

История многих городов состоит из наслаивающихся следов насилия. Мы хорошо научились эти следы игнорировать, но в случае Симонова монастыря сделать это практически невозможно. В 1930 году, в шестую годовщину со дня смерти Ленина, большевики взорвали монастырь. На следующий день «Правда» опубликовала разговор командира подрывников Кондакова и журналиста Михаила Кольцова:

Кондаков: Чтобы вложить пироксилин, надо было электрическими сверлами работать, компрессорами! Зато уж вонзился в самые печенки — не вырваться ему никак.
Кольцов: А бога вы не боитесь, товарищ Кондаков? Ведь он может поставить на вид подобное вредительство.
Командир подрывного батальона смеется. Красноармейцы смеются. Рабочие смеются. У кого-то в руках прыгает фонарик, выхватывает из темноты веселые лица.

После сноса вышедшие на субботник рабочие разобрали руины на кирпичи. Новая власть мыслила снос монастыря важной идеологической акцией: на месте «поповского гнезда» должен был появиться дворец культуры, в котором бы проходило становление нового поколения большевиков — строителей будущего коммунизма. Дворец культуры должен был обслуживать работников «1-го государственного автомобильного завода имени И.В. Сталина».

Проект дворца взялись реализовывать знаменитые конструктивисты братья Веснины. Они спроектировали внушительный комплекс из клуба, театра на 4000 мест и спорткорпуса. К 1937 году Весниным удалось построить только здание клуба. Оно стояло прямо на месте древнего кладбища и символического центра Симонова монастыря — Успенского собора. На протяжении следующих 50 лет во дворце культуры проходили лекции и концерты, работали всевозможные кружки и студии. После того как Хрущев разоблачил сталинские преступления, завод переименовали в честь Лихачева.

Поразительным образом одна церковь, несколько монастырских построек и стена с тремя массивными башнями уцелели. Сначала здесь были зиловские мастерские, а в поздние советские годы эти здания занял комбинат общества «Рыболов-спортсмен», производивший рыболовные крючки. К монастырским стенам пристроили пилораму и сантехнические мастерские. В 1990 году остатки монастыря были переданы православной общине неслышащих. В 1994 году в монастыре возобновили службы.

Сегодня все эти исторические следы по-прежнему видны: ДК ЗИЛ возродился как модный образовательный центр, православная община постепенно ведет реставрацию и восстанавливают территорию. Если вам удастся попасть на территорию общины, вы сможете увидеть надписи, оставшиеся от завода, и следы частных гаражей, появившиеся в 1990-х. Монастырские постройки и ДК ЗИЛ разделяет забор и полоска земли метров в десять: ДК стоит к остаткам монастыря спиной, как бы не замечая его. Когда вы будете гулять в этом месте, попробуйте пройтись вдоль этого забора. Там нет дорожки, зато есть ощущение, что вы попали в складку времени, где можно подумать о том, как рассказать историю, в которой разные здания стремятся уничтожить друг друга.


2

Восточная ул., 4, стр. 8, Москва

Саввинское подворье, Религия и храмы, Москва

Саввинское подворье  

Эмма Володчинская
Эмма Володчинская
студентка

Я родилась в Москве и могу с уверенностью сказать, что в пределах кольца нет ни одного переулка, по которому мне бы не доводилось гулять. Поэтому, когда я совершенно случайно, бродя по уже осточертевшему Камергерскому, завернула в неприметную арку у МХТ им. Чехова и наткнулась на массивное здание невероятной красоты с элементами барокко и модерна, моему удивлению не было предела. Саввинское подворье было построено в 1907 году небезызвестным архитектором Кузнецовым и когда-то принадлежало Саввино-Сторожевскому монастырю. А сейчас это нарядное здание позорно прячется в типично русском дворе — как будто по нелепой случайности. Все дело в том, что во время расширения Тверской в 1937 году подворье попросту затерялось из-за просчета архитекторов. А раньше парадный вход крупнейшего здания между Охотным рядом и Тверской площадью выходил прямо на Тверскую. Мне всегда была интересна «другая» Москва, но Саввинское подворье определенно выигрывает на фоне прочих секретных точек. Прогуляться до спрятанного от публики памятника архитектуры, зайти в его внутренний двор и рассмотреть элементы сказочного русского стиля — должен каждый. Главное, свернуть в правильную арку.


3

Тверская ул., 6/1, стр. 6, Москва

Некрополь Донского монастыря, Религия и храмы, Москва

Некрополь Донского монастыря  

Анастасия Белинская
Анастасия Белинская
архитектор

Если представить, что любой некрополь — выставка предметов материальной культуры под открытым небом, то старое Донское кладбище точно отвечает этой идее. Более пятидесяти лет оно вместе с монастырем принадлежало Музею архитектуры имени А.В. Щусева и благодаря этому уцелело. С той поры здесь сохранились останки некоторых московских зданий, уничтоженных в советское время: мраморные горельефы с оригинальных фасадов храма Христа Спасителя, детали церкви Успения на Покровке и Сухаревой башни. Некрополь — главное кладбище московского дворянства: общественных деятелей, декабристов, масонов, участников белого движения и их семей. На памятниках так много деталей, что даже побывавшие тут десятки раз всегда найдут что-нибудь, чего раньше не замечали. Кладбище очень походит на секретный сад — особое уединенное место, оно скорее доброе, чем мрачное. Всюду растут клены, осенью равномерно покрывающие землю желтыми листьями, а за малым собором похоронен любимый мной с детства князь Владимир Федорович Одоевский.


4

Донская площадь, 1-3, Москва

Храм Трех Святителей на Кулишках, Религия и храмы, Москва

Храм Трех Святителей на Кулишках  

Михаил  Алдашин
Михаил Алдашин
мультипликатор

Так уж сложилось, что большинство анимационных студий раньше находилось в церквях: «Союзмультфильм» — в храме Николая Чудотворца, объединение кукольных фильмов — в церкви Спаса на Песках, «Диафильм» — в лютеранском соборе Петра и Павла. Вот и у студии «Пилот» первым домом был храм Трех Святителей на Кулишках. В советские годы в обезглавленном храме был тюремный склад и мастерские, потом что-то еще. Когда Татарский меня пригласил, здесь только закончилась реставрация: в 80-х церкви восстанавливали как архитектурные памятники. В двухэтажных апсидах сидели аниматоры и съемочная группа, в пристройке — Татарский с Ковалевым. Получился такой храм искусств. А когда здание передали церкви, мы некоторое время еще работали в храме: аниматоры тихонько рисовали по углам, пока велись службы.

Переехали мы в соседний Хохловский переулок. Поэтому много лет я ходил на работу по одному из самых красивых и сохранившихся районов Москвы — Ивановской горке. Пейзаж тут чудесный: крутые горки, кривые улочки, старые домики. Мой путь на работу от метро Китай-город — отличный маршрут для прогулок.

По улице Забелина я поднимался до церкви князя Владимира, где были фонды исторической библиотеки, минуя огромный серый доходный дом (Солянка, 2). Под ним километры подземных лабиринтов до самого Кремля, со сталактитами из сосулек. Чуть дальше — галерея на Солянке, в нулевые благодаря стараниям директора Бориса Павлова она стала, кроме всего прочего, первой галереей анимации: здесь проходили выставки Норштейна, Хитрука, Назарова и других знаменитых режиссеров. А после моей выставки мы вместе с Сутягиным и Норштейном пошли гулять к «голове» Мандельштама — чуть выше по улице, на возвышении слева. Скульптура скромная, с виду грубоватая, но очень трогательная, именно такие памятники создают настроение в городе. Норштейн читал стихи, мы выпивали за здоровье художников... В соседнем доме сейчас магазинчик странных подарков «Просто так», в нем еще кофе хороший.

Справа в конце улицы Забелина — Иоанно-Предтеченский монастырь. Когда-то внутри был концлагерь и тюрьма НКВД. Помню, как монастырь оживал, сбоку появился ларек с монастырским хлебом и пирожками — он и сейчас есть. А половина монастыря, по слухам, до сих пор принадлежит полицейской академии.

Поднимаемся по Хохловскому переулку, на углу с Колпачным переулком — «Хохловский пруд», самое затопляемое место в Москве. В сильный дождь тут всегда по пояс воды, машины плавают, и все это высоко на горке! Выше по переулку палаты XVII века, тут сейчас модное место — арт-квартал «Хохловка». А еще выше, за храмом Живоначальной Троицы, здание бывшего «Школфильма» (дом 16), где была студия «Пилот».

Но тогда я заворачивал в Подкопаевский. Дальше шел до Малого Трехсвятительского, где опять круто вверх к студии-церкви, но вы загляните и в Большой: во дворах стоит обшарпанный флигель — бывшая мастерская Левитана. Единственная. Музей есть только в Плесе. Меценат Савва Морозов построил мастерскую для сына, который хотел быть художником, пригласил разделить мастерскую своего друга Левитана, а потом и вовсе отдал ему флигель. Сейчас внутри мастерские художников, попасть внутрь, думаю, можно, если заранее договориться.

Напротив самой церкви на Кулишках — баптистская церковь. А если спуститесь по крутому переулку вниз, то попадете на Хитровскую площадь — знаменитую Хитровку, рынок, окруженный притонами, куда Гиляровский водил благородных господ актеров изучать жизнь низов.

От Хитровки по Подколокольному переулку к бульварам тянется огромное здание — шикарный образец сталинского ампира, с угловой аркой и скульптурами рабочего и колхозницы. А напротив в скверике — ресторан «Дача на Покровке», еда тут приличная, а интерьеры домашние, с кучей старых вещей, мы такое любим, много праздников тут отметили.


5

Малый Трехсвятительский пер., 4/6, Москва

Скопируйте эту ссылку
Другие подборки в городе Москва
Беременные кариатиды, брутализм и Гонконг, Павлик Морозов и романтический лунатизм
Архитектурная нарния, внутренняя интеллигентность и фуршетный бес
Ром-баба в летающей тарелке, неслучайные книги без глянца, хамон и дедушкин чердак
Традиционный джаз и рок-импровизации, джем-сейшны и вид со сцены
Тиканье ходиков, письма Чаадаева, тайные концерты и люди, меняющие мир
Жилые ячейки, институт проблем, полет Маргариты и ресторан, где подают время
Буржуазные пари, тренажеры МВД, индустриальный упадок и сенсорная депривация
Фалафель в бомбоубежище, бургеры в тапочках, битье тарелок и венецианское стекло
Лепка в камере хранения, прогулки в темноте и 50 оттенков фиолетового
Город профессий, ресторан ужасов, аквариум с аквалангистами и аэротруба
«Павлинье око», живописные изгибы и тихонько выпивать
Пролетарские дома для элиты, памятник Шуховской башне и пафос гигиены
Квартиры без номеров, реактор в усадьбе, любовницы Берии и присутствие лошади
Пустырь, который фонит, дореволюционное дно и косыгинский разлом в лопухах
Космическая пицца, панк-сервис и одни друзья кругом
Религия и храмы
Собор от автора мавзолея, Лизин пруд и кладбище московского дворянства
Сады и огороды для пикников и прогулок, с пинг-понгом, йогой, катками и фудкортами
Электронные унитазы, добрые пьяные вьетнамцы и новости с границы с Пакистаном
Спортивный урбанизм, тайное братство, травяные настои и никаких маньяков
Технический прогресс, хлебное вино и трамваи до и после революции
Всепьянейший собор, пивная Яма, Люсьен Оливье и возлияния Есенина
Мультипликационный храм искусств, несостоявшийся дизайн-завод и книги с пирогами
Ракурсные снимки, вишневый сад, фазаны и питерское залипание
Фавориты-соседи и виски с чаем, прогрессивная интеллигенция и лестница со стихами