Трамвай №26

Подземные речки, город сумасшедших и ядерный реактор
Гид Афиши-Мир
Трамвай №26
©

Анна Демчикова

Анна Демчикова
Анна Демчикова
редактор «Афиши-Мир»

Трамваи — самый уютный московский транспорт. Вагоны постукивают по старорежимным рельсам, и никакой ребрендинг пока не лишил их колорита. Другая московская тема — угадывать по ландшафту подземные речки, спрятанные в трубы. Недавно узнала, что езжу на работу вдоль скрытой реки Чуры, которая берет начало рядом с моим домом, выходит на поверхность у пруда Бекет и в аккурат у Даниловской мануфактуры впадает в Москву-реку. Маршрут 26 трамвая — один из самых красивых и странных в Москве. Если выйти пораньше и взять билет на 90 минут, можно вылезать на остановках и устроить себе по пути маленькое приключение.

Трамвай отходит от метро «Университет», кварталы до Ленинского проспекта — красивейший ансамбль сталинской архитектуры. За цирком виднеется высотка МГУ, ей вторит дом преподавателей МГУ. Напротив, в глубине, Красные дома, на Ленинский выходит роскошный дом с арками в три этажа. Квартал за Ленинским справа — бывшая деревня Семеновская, которая пережила прокладку проспекта в 1950-е годы и дотянула до самой Олимпиады, сейчас от нее остался рельеф и наполовину осушенный пруд, о котором не знают даже местные жители. В советские годы в деревне тайно построили храм — по благословению заключенного патриарха Тихона. Скромная диагональная дорожка внутри квартала — бывшее Старокалужское шоссе.

Едем вниз, у Черемушкинского рынка брала начало река Чура. Выруливаем на улицу Кржижановского. Справа Дом художников с двухэтажными лофтами, слева автостояночный кооператив «Медвежата». Абсолютно прямая улица кирпичных пятиэтажек ориентирована строго на закат, обожаю возвращаться по ней вечером — едешь прямо на солнце. Улица очень нарядная — большинство домов из красного кирпича, с высоченными потолками и белой лепниной порталов. Все потому, что в XIX веке владелец усадьбы Черемушки основал рядом кирпичный завод. Здесь половина трамвая выходит: иностранные студенты по утрам едут в Институт русского языка.

Трамвай поворачивает к усадьбе. Справа за забором, на закрытой территории усадьбы, — двухэтажные домики. Это не старинные флигели, а сталинский наукоград 40-х годов: они построены для сотрудников Института теоретической и экспериментальной физики, который занимает усадьбу. По вечерам тут светятся окошки, видны старые люстры и шкафы. На территории усадьбы был запущен первый в СССР ядерный реактор, вообще, Москва — чуть ли не единственная столица в мире, где есть ядерные реакторы. А через дорогу — конный двор с голубятней, где ставят другие эксперименты: теперь тут ВНИИ гельминтологии им. Скрябина (наука о паразитических червях).

Если абстрагироваться от паразитов с реакторами, место исключительно живописное и уютное. У конного двора со сказочными башенками — трамвайный круг, летом тут заросли одуванчиков, а посреди круга густые кусты. Люблю сидеть слева — ветки шелестят об окна трамвая, как будто на дачу едешь.

Сразу после усадьбы снова эксперименты — Экспериментально-производственный комбинат МВД. Перед ним смешная будка «Место для курения», вроде трамвайной остановки, сотрудники послушно курят под табличкой. Дальше какое-то недоразумение перед МЦК: обшарпанные пятиэтажки, магазины из 90-х — все то, что вдруг обнажилось с открытием кольца. Здесь же дом-книжка наподобие тех, что на Новом Арбате, общага МГУ. А на мосту через МЦК — образцовый индастриал, в солнечную погоду очень красиво сверкают рельсы на фоне красно-белых труб ТЭЦ-20.

И вот мы снова катимся с горки вниз, к речке Чуре. Проезжаем парк «Детский» на месте свалки перед больницей им. Алексеева. Николай Алексеев — двоюродный брат Станиславского и городской глава, которого один купец взял на слабо: поклонись мне в ноги — дам денег на больницу. Он и поклонился. И выкупил для строительства дачу купца Канатчикова, бывшую дачу нумизмата Бекетова (владевшего землями от Даниловской слободы до села Семеновское). Канатчикова дача стала именем нарицательным при Кащенко — главвраче психбольницы. Сейчас к больнице примыкает парк у пруда Бекет, а рядом остановка, где я выхожу. Пруд родниковый, местные в нем даже купаются. Зимой тут нелегальная школа моржей. А за забором единственное место, где Чура выходит на поверхность. По территории клиники-дачи тоже можно гулять, там красиво, даже оранжереи сохранились. А в часовне Николая Чудотворца — посмертная маска Николая Алексеева. Мне ее показала местная бабушка: «Сорок лет тут живу, а привыкнуть не могу — очень странный район. Не только потому, что тут целый город сумасшедших: к Кащенко прилегает детская психиатрическая больница и дальше еще одна. Место по энергетике фонит, притягивает и отталкивает одновременно».

Чуть выше в Чуру впадает речка Кровянка, она вытекает от кладбища по другую сторону Третьего кольца. 26 трамвай проезжает мимо Даниловского кладбища и выныривает к кладбищу Донского монастыря. Справа — Хавско-Шаболовский жилмассив, памятник архитектуры авангарда, и чудный Музей авангарда там же. Минуем Шуховскую башню и приближаемся по Шаболовке к конечной остановке — трамвайному депо им. Апакова. Потрясающий комплекс из красного кирпича тоже спроектирован Шуховым. На территорию пускают только с экскурсией, но и с улицы можно поймать отличные кадры, особенно если проедет какой-нибудь странный вагончик без стен с надписью «Песок».

Большая Черемушкинская ул., 25с1